Отчёты о работе форума

Европа XXI века. Ожидания и проекты.

Модератор Юзеф Олексы (Józef  Oleksy) сказал, что модернизация России должна быть путём к достижению не только экономических, но также политических и социальных стандартов. Подчеркнул необходимость создания трансевропейских инфраструктурных сетей, чтобы это была программа, которая потянет за собой экономическое развитие, инновации и откроет перспективы для молодых.

Хорхе Фернандез (Jorge Fernandez), вице-спикер Конгресса депутатов, Генеральные кортесы, Испания, обратил внимание, что стоит предпринимать такие инициативы, как Форум Европа-Россия, потому что Россия – это необходимый партнёр Европы как в региональном, так и в глобальном масштабе. Примером тому было включение России в процесс принятия решений по вопросу вмешательства в Ливии. Чтобы предпринять соответствующие действия, была необходима резолюция ООН. Всё это должно было быть согласовано с Россией, так как она является партнёром, которого всегда нужно принимать во внимание. Перед Россией, как и перед каждым великим народом, стоят великие вызовы и то, как они будут решены, будет иметь решающее значения для того, как будет выглядеть XXI век. Важно сохранить надлежащие общественных механизмы. Проблемы России – это общественное расслоение, около 20 млн. бедных, демографический кризис. По мнению Хорхе Фернандеза, мы должны помочь создать государство, которое будет полностью демократическим. Россия – лидер в мировой экономике, а её рост является следствием большой политической стабильности. Говоря о будущем России, главной целью может быть развитие новых технологий, инновации, увеличение доли производительного сектора по сравнению с топливным.

Стефан Несёловски (Stefan Niesiołowski), вице-спикер Сейма РП, сказал, что мы все хотим, чтобы сбылся оптимистический облик России. Нужно однако помнить о том, какова была история наших отношений. Мы всё ещё имеем дело с ошибочным мышлением, в Польша заинтересована в том, чтобы навредить России. Ныне восстановление России и сильная Германия ни в чём нам не угрожают. Даже наоборот – это даёт ощущение безопасности и стабилизирует. В Европе никто не хочет вести политику против России. Это так же нецелесообразно,  как политика вопреки закону гравитации. Спикер Несёловски подчеркнул, что, в общем, в настоящее время нет стратегических конфликтов России с Европой. Но за то имеются важные и нужные интересы. По его мнению, у нас исключительная конъюнктура для сотрудничества, и мы должны её расширить на территорию от Владивостока до Португалии. Это будет гигантский прогресс, и этому служат такие встречи, как Форум Европа-Россия.

Любомир Заоралек (Lubomir Zaoralek), вице-спикер парламента Чехии, сказал, что у его страны разный опыт отношений с Россией, но сегодня он не хочет обременять их историей. У России нет потенциала, чтобы вернуться к имперской политике, и ныне она стоит перед новыми вызовами, особенно, экономическими. Поэтому нет других возможностей, как сотрудничество с Европой. Однако Любомир Заоралек не видит оснований для чрезмерного оптимизма, так как Европа не является сильным партнёром в глобальной политике. У него создалось впечатление, что российская сторона не очень-то заинтересована партнёрством ради модернизации. По его мнению, все мы знаем, что должны идти дальше, чем торговый договор, но пока мы не в состоянии создать сильную стратегию и единство для этой стратегии.
Таким образом,  нам всё ещё не хватает такого уровня доверия и сотрудничества, какой ожидается.

Борис Титов, председатель партии «Деловая Россия», сказал, что Россия стоит перед выбором экономической модели. До сих пор это была сырьевая, экспортная модель, но она порождает много угроз. Перерабатывающий сектор потерял своё значение, у российских фирм нет отечественной конкуренции, люди не заинтересованы в развитии государства. Ныне Россия ищет путь своего развития. Проблема в том, что об этом решает не рынок, а административный аппарат. По мнению Титова, главным направлением развития должен быть путь новой индустриализации. Сегодня мы говорим о необходимости модернизации, а зона большой Европы, то есть 800 миллионов человек, это шанс для рынков России. России также нужна открытость перед Европой. Титов считает, что экономика Европы слишком социалистическая, стала большим и сложным организмом. Но лишь объединение России с Европой может  создать крупнейшую в мире экономическую державу. Доступ к сырью, к технологиям может создать конкурентное для мира пространство сотрудничества. Борис Титов сказал также, что необходимо осознавать, что в России нет возможности провести политическую модернизацию, и поэтому ныне должны постепенно восстанавливаться механизмы экономической эффективности, благодаря чему станет возможным социальное развитие.


Энергетика: российские ресурсы и европейская безопасность

Профессор Рудольф Дольцер (Rudolf Dolzer), директор Немецко-российского сырьевого форума из Германии, отметил, что отношения Брюссель-Москва в области энергии существуют параллельно отношениям отдельных стран-членов ЕС с Россией. Этот дуализм непрост для российского энергетического сектора. К сожалению, недоверие в этих отношениях всё ещё существует: причина в «энергетической игре», проходившая в прошлом. В 2009 году Россия вышла из энергетического соглашения между Брюсселем и Москвой. И пока ничто не заменило этого партнёрства. У России нет желания приступить к Энергетической хартии – в настоящее время появляется правовой вакуум в этих отношениях, и мы должны это изменить.
Профессор Дольцер выразил сомнение также относительно самого термина «энергетическая безопасность» в европейском контексте. У Европы нет достаточных месторождений сырья и нет также целостной энергетической политики в Европейском Союзе. Он указал на немецкие планы отказа от атомной энергии и французскую привязанность к этому источнику энергии. Затронул также вопрос стабильности энергетического рынка, которую нелегко обеспечить ввиду отсутствия конкретной стратегии, политического управления и плана.

Войцех Ясиньски (Wojciech Jasiński), председатель комиссии Сейма по экономическим вопросам, сказал, что дискуссия, основанная на убеждении, что у России богатые источники, а у Европы – большие потребности, правдива, но всё-таки недостаточна. Диверсификация источников энергии для европейских стран – это приоритет и основа стремления к достижению энергетической безопасности и независимости. Председатель Ясиньски подытожил, что российские ресурсы иногда помогают Европе обеспечить энергетическую безопасность, но иногда не позволяют этого делать. Он также подчеркнул, что Польша не должна быть пассивным субъектом, а должна подключиться к европейскому формированию общей безопасности.

Бойко Нитцов (Boyko Nitzov), директор по вопросам программ, Атлантический совет, США, представил трансатлантическую точку зрения на энергетические вопросы в Европе и России. Подчеркнул значение трубопроводов и российского экспорта нефти, намного превышающего экспорт российского газа. Европа получает 7/8 российской экспортной нефти. Перед лицом этих фактов очень большое значение имеет инфраструктура и структура рынков стран-получателей. Правовой вакуум, характеризующий российско-европейское энергетическое сотрудничество, не беспокоит. Сланцевый газ будет новым глобальным продуктом. Директор Нитцов подытожил, что качество газа изменяется, его производство дорожает, но при этом он находит более широкое применение. Риск спроса несёт с собой вопросы о будущем атомной энергии и заменителях топлива на транспорте и в промышленном производстве. Нефть и газ из Европы России были и по-прежнему необходимы для европейских рынков.

Игорь Прокофьев, заместитель директора Российского института стратегических исследований, говорил о потребности в подлинном партнёрстве, которое, к сожалению, невозможно из-за различий во взглядах между отдельными партнёрами. Он также отметил важность обеспечения поставок, экологического использования природных ресурсов и снижения цен энергетических продуктов. Ситуация, по его мнению, изменится, когда исчезнет фактор страха в отношении различных технологий выработки энергии. Он также подчеркнул, что российские цели существенно не отличаются от европейских на длительную временную перспективу, поскольку ресурсов российской нефти хватит только на 20 лет, а газа – на около 8 лет. Нужно понять, что поставки этого сырья не будут длиться до бесконечности. Важно создавать запасы, чтобы потребителям можно было обеспечить многолетние поставки.

Константин Симонов, генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности России, сожалел, что диверсификация поставок однозначно связана с фактом исключения России из своего рода стремлений к «энергетическому счастью». Он также обратил внимание на то, что атомная катастрофа в Японии нарушила глобальный энергетический порядок. «Нордстрим»  – это потеря для Польши и пример российской деятельности по диверсификации. Советовал, чтобы очень осторожно относиться к вопросу энергетического партнёрства и избегать взаимного запугивания.

 Роберт Сошиньски (Robert Soszyński), председатель правления Предприятия по эксплуатации нефтепроводов «Дружба», подчеркнул, что глубокое недоверие во взаимоотношениях – это пережиток холодной войны, который должен был преодолён путём сотрудничества. Отдельные источники энергии коренным образом отличаются друг от друга в смысле бизнеса. Только через Польшу протекает 50 млн. тонн нефти, то есть эквивалент ок. 35 млрд. ам. долларов. Это обеспечивает невероятно важный и выгодный бизнес как для поставщика, так и для получателя и перерабатывающих фирм. Председатель Сошиньски выразил убеждение, что проекты по диверсификации – это прежде всего новые бизнес-идеи. Европа и Россия обречены друг на друга, но это взаимовыгодно для обеих сторон. Он отметил, что Европа не зависит от поставок из России и выразил удовлетворение, что Россия стала для Польши более надёжным поставщиком, чем, к примеру, Ливия для других европейских стран. Однако он обратил внимание, что в будущем более привлекательным клиентом для России может стать Азия, и поэтому Европа должна стараться этого не допустить.


Отношения НАТО-Россия после саммита в Лиссабоне

Денис Макшейн (Denis MacShane) из британской Палаты лордов, начиная дискуссию, сказал, что проблема НАТО заключается в том, что у Альянса нет достаточных финансовых средств, а вместе с тем он включается в акции за пределами своей уставной деятельности. Британский политик имел в виду войну в Афганистане. – Никто не знает, как окончить войну в этом регионе, а общественное мнение относится к ней всё более критически, – отметил.

По оценке Макшейна, Соединённые Штаты обречены на поддержание хороших отношений с Российской Федерацией перед лицом войны в Афганистане. Тут важен доступ к российским транзитных путям. – Однако это краткосрочные действия, поскольку стратегия Москвы предполагает извлечение как можно бóльшей односторонней выгоды из отношений с отдельными странами ЕС и укрепление позиции в отношениях с Соединёнными Штатами.
 
По мнению Макшейна, доверие к России подрывают военные манёвры, проводимые российскими вооружёнными силами. – Два года назад российские учения проходили на основании стратегических планов нападения на Польшу. Интересно, как они будут проводиться теперь? Будут ли приглашены наблюдатели из НАТО? – спрашивал британский депутат. Он также подчеркнул, что российские политические элиты не хотят разговаривать о таких щекотливых темах, как Грузия или проблемы Западных Балкан.

По мнению Ива Поццо ди Борго (Yves Pozzo di Borgo), депутата французского Сената, саммит в Лиссабоне характеризовался волей обновления отношений и установления сотрудничества во многих стратегических направлениях. – Это приводит к тому, что ныне мы являемся свидетелями перелома, на что влияет политика «перезагрузки», проводимая администрацией президента Барака Обамы, свидетельством чего является сотрудничество в Афганистане и подписание нового договора СТАРТ. Французский политик считает, что самым важным проектом последних лет в контексте отношений ЕС-Россия является «Партнёрство ради модернизации». – В этом вопросе особое значение имеет положительный поворот в отношениях Польши в ЕС, – добавил ди Борго. – В новом глобальном мире, в котором появляются новые державы на Дальнем Востоке, Брюсселю и Вашингтону или удастся наладить стратегическое партнёрство с Москвой, или Россия отвернётся в сторону Китая, – подытожил.

Витольд Ващиковски (Witold Waszczykowski), бывший вице-шеф Бюро национальной безопасности, напомнил о самых важных проблемах в евросоюзно-российских отношениях – «оранжевой революции» в Украине, северном газопроводе, газовых кризисах и войне на Южном Кавказе в 2008 году. По его оценке, за политику «перезагрузки» в отношении России заплатила, прежде всего, Центральная Европа. – За российско-американское соглашение по таким вопросам, как Иран и Ближний Восток, были перечёркнуты планы создания противоракетного щита и остановлено расширение НАТО на Восток, по всей вероятности, на несколько десятилетий, – отметил.
С мнением Ващиковского не согласилась эксперт Ирина Исакова. По её мнению, решение новой администрации Барака Обамы состоит в том, чтобы заморозить, а не остановить планы создания щита. Она считает, что неформальные встречи министров обороны стран НАТО и России откроют новые возможности и приведут к решению проблем из прошлого. Сотрудничество между Россией и Западной Европой важно как в военной, так и экономической, и политической сферах.
Витольд Ващиковски критически оценил проект «Партнёрства ради модернизации». – Мы можем построить модернизированное и современное, но недемократическое и не правовое государство. Это самоубийственная стратегия, – предостерегал аналитик. Наиболее важным вопросом Ващиковски считает демократизацию России. –Давайте сотрудничать с Москвой, но при этом ставить демократические условия, – добавил. По его мнению, у России исключительно привилегированная позиция в международных отношениях. – Она постоянный член Совета безопасности, Г8 (хотя по своей экономике не помещается в эту группу), Ближневосточного квартета, занимает особое место в отношениях с НАТО и ЕС, – перечислял Ващиковски.
По мнению Марии Никитенковой из Российской Академии наук, если дело не дойдёт до соглашения о ракетной обороне, то оборонная программа НАТО будет рассматриваться в России, как угроза для её системы сдерживания. – А в результате нам может угрожать очередная гонка вооружений, – сказала эксперт. – Модернизация требует инвестиций и технологий, источником которых является Европейский Союз, но мы прекрасно отдаём себе отчёт в том, что не удастся выстроить хороших контактов с Западной Европой без поддержки Соединённых Штатов, – отметила.

Петер Н. Майхре (Peter N. Myhre), депутат шведского парламента, напомнил, что в прошлом году Норвегия и Россия подписали договор о размётке морской границы и сотрудничестве на Баренцевом море и Арктическом океане. Подписанием договора завершился 40-летний территориальный спор между обоими государствами, и тем самым уменьшилось напряжение в регионе и открылись возможности использования потенциальных природных богатств. СССР был для норвежцев угрозой, а нынешняя Россия – это дружественный и предсказуемый сосед. Шведский депутат подчеркнул, что Норвегия налаживает отношения с Россией во многих отраслях экономики, а в последние годы даже в области военного дела. Майхре заявил, что его страна высказывается за полное членство России в ВТО, ЕС и НАТО.


Отношения Брюссель-Москва. Баланс сложных вопросов

По мнению Горданы Цомиц (Gordana Comic), вице-спикер сербского Национального собрания, основной причиной конфликтов между Брюсселем и Москвой является то, что ЕС устанавливает законы и принципы для своих партнёров вне Сообщества, а другая сторона должна подчиниться этим правилам. – Такая позиция неприемлема для россиян, которые не представляют себе ситуации, когда их кто-то поучает, – говорила парламентарий. Вице-спикер сербского Национального собрания выразила убеждение, что в будущем ось Брюссель-Москва будет выстраиваться. Цомис заявила, что европейский выбор Сербии уже сделан, но Белград не может признать независимость Косово. – У многих государств ЕС имеются аналогичные замечания относительно ситуации в Косово, как у Сербии, – аргументировала депутат парламента.

Марсель де Хасс (Marcel de Hass), эксперт из Академии обороны Нидерландов, говоря о спорных вопросах в евросоюзно-российских отношениях, обратил внимание на проблемы в области энергетики, безопасности и прав человека. – В последние годы в районе Южного Кавказа заметно соперничество между газовыми проектами России («Южный поток») и Европейского Союза (ВТС, Набукко). По его оценке, внутри Европейского Союза существует деление на пророссийские и антироссийские страны. Говоря о грузинском конфликте, голландский эксперт отметил, что несмотря на подписанные соглашения Россия не вывела своих войск из Абхазии и Южной Осетии. Эксперт напомнил также, что Россия не впускает в сепаратистские республики никаких международных организаций, осуществляющих мониторинг. Марсель де Хаас отметил, что Россия не одобряет идеи создания европейской архитектуры безопасности.

Алекс Саэс Люберо (Alex Saez Lubero) сказа в начале своего выступления, что Польша – очень важный партнёр Испании в Европейском Союзе и большие надежды связаны с председательствованием Польши в Совете Европы. Подчеркнул ангажированность Варшавы в вопросы политики соседства, что особенно важно для Мадрида в контексте весенних революций в странах Магреба. По оценке испанского политика, в отношении стран Восточного партнёрства будет важно подчеркнуть и претворить в жизнь стратегию «more for more».

Сергей Уткин из Института мировой экономики и международных отношений отметил, что отношения между Россией и Европейским Союзом лучше, чем это кажется многим политикам. – Они очень интенсивны на уровне управленческого аппарата, а в последнее время также на общем уровне. По оценке Уткина, проблемой является дающее огромные возможности региональное сотрудничество, но процесс одобрения Россией использования трансграничных программ занимает много лет. – Мы должны обращать больше внимания на механизмы сотрудничества, быть более открытыми, чтобы о евросоюзно-российских проблемах разговаривали не только дипломаты, но и широкий круг экспертов.

Мэри Деевски (Mary Dejevsky), публицистка британской газеты «The Times», обратила внимание на позицию России в отношении конфликта в Ливии. По её мнению, Россия может взять на себя медиацию со всеми сторонами спора. Она отметила, что видит шанс для изменений отношений между Лондоном и Москвой. Мэри сказала, что глава английского правительства Дэйвид Камерон может быть первым за много лет премьер-министром Великобритании, который посетит Москву.


Брюссель Москва – два центра интеграционных процессов. Партнёрство или конкуренция

Борис Гуселётов, руководитель Международного управления российской партии «Справедливая Россия», во вступлении к дискуссии обратил внимание, что этот разговор усложняют стереотипы. По его мнению, в настоящее время происходит много изменений, являющихся положительным сигналом, чтобы от них отойти. Подчеркнул, что следует найти современный подход к вопросу партнёрства или соперничества на линии Брюссель – Москва. В своём выступлении Гуселётов сослался на актуальные проблемы ЕС, связанные с ратификацией Лиссабонского договора и выходом из экономического кризиса. Он считает, что следует также ответить на вопрос, чем является понятие интеграции в постсоветском пространстве.

По мнению Ирины Геращенко из украинской Верховной Рады, для современной Украины большое значение имеет тема не столько сотрудничества и соперничества, сколько активности этого соперничества в плоскости отношений Украина – Россия – ЕС. Геращенко подчеркнула, что сформирование новой власти в Украине повлекло за собой изменение направления внешней политики и значительное ослабление интеграции в структуры ЕС в пользу интенсификации контактов с Россией. Она однако считает, что интеграция в ЕС является стратегическим пунктом для её государства, несмотря на то, что в последнее время берёт верх актуальная промосковская риторика. Украинские элиты отдают себе отчёт в значимости улучшения отношений Брюсселя с Москвой. Депутат затронула также вопрос коррупции в связи с интеграцией. Обратила внимание на значение польского председательствования в ЕС на пути повторного вступления на путь улучшения отношений с Европейским Сообществом. Однако основной проблемой является, по её мнению, недостаточная информированность общества на тему ЕС, что существенно замедляет этот процесс. Россия же может только выиграть от интеграции Украины в ЕС, поскольку приобретёт хорошего партнёра в виде Украины.

Кристоф Леклерк (Christophe Leclercq), основатель и издатель Euroactive.com, подчеркнул, что занимаясь вопросом партнёрства, следует смотреть перспективно, а не краткосрочно. По его мнению, каждая страна должна задуматься о том, будет ли Брюссель играть роль их столицы или нет. Брюссель действует не так, как Москва, подчеркнул Леклерк, и обратил внимание на восприятие интеграции ЕС и России с паневропейской точки зрения. Основатель EurActiv отметил различные возможности для разных столиц, так как сам Брюссель слишком слаб, чтобы играть роль общеевропейской столицы. Он также выразил надежду, что Россия и Украина будут однако смотреть на Польши, а также подчеркнул, что ЕС во многом слабее США. В заключение своего выступления он отметил, что в будущем Европа должна стать сетевой, а не пирамидальной системой.

Марек Кухчиньски (Marek Kuchciński), вице-спикер Сейма РП, обратил внимание на сложность проблемы отношений Брюссель – Москва. Подчеркнул, что ЕС – это союз национальных государств, тогда как Россия – это многонациональное государство. Однако в интеграционных процессах не это должно быть предметом разговора. В набор приоритетных ценностей ЕС он включил, кроме демократии, солидарность, которую минуту спустя поставил под сомнение: действительно ли она возможна в настоящее время. В качестве хорошего примера сотрудничества Кухчиньски привёл саммит Европейский Союз – Россия. По его мнению, в процессе интеграции не должно быть фальсификации исторической правды, но без ссылки на неё сотрудничество будет «фальшивым». Он обратил также внимание на проблему демократии в России. Констатировал, что россияне принимают решения суверенно, но ведь здесь идёт речь о правах человека, свободе СМИ, независимости судов. Европейская солидарность, комментировал далее Кухчиньски, это способность поддерживать страны, не входящие в ЕС, например, Украину и Грузию, а пример Грузии может сильно усложнить интеграцию России в ЕС. В заключение он отметил, что Брюссель по-прежнему имеет шанс быть центром процесса интеграции, но при условии, что больше сосредоточится на проблемах именно тех государств, которые находятся за ей границами и лишь теперь претерпевают трансформацию. У Москвы может быть проблема с тем, чтобы играть такую роль в Европе, в силу отсутствия развитой демократии.

Ласло Варга (Laszlo Varga), председатель комиссии по европейской интеграции, начал выступление с процесса интеграции Сербии в ЕС. Подчеркнул, что Сербия вступила на путь к интеграции в 2000 году. Нынешний статус этого процесса – это, собственно, ожидание заключения Европейской комиссии и решения по вопросу получения статуса кандидата. Депутат Национального собрания выразил надежду, что в декабре Сербия получит этот статус и приступит к переговорам. В настоящее время для Сербии самыми важными являются два процесса: получение статуса кандидата и Соглашение о стабилизации, которое сейчас ратифицируется 19 странами-членами ЕС. Обратил внимание на то, что политические силы, поддерживающие интеграцию Сербии, до сих пор получили поддержку 80% общества, а около 57% населения на сегодняшний день будут участвовать в референдуме. Подтвердил, что нет сомнений относительно направления Сербии – приоритетом является Брюссель. Указал также на стратегическую роль своего государства, которую оно играет, находясь между Востоком и Западом. Тут имеет значение географическое положение, исторические и культурные вопросы, свидетельствующие о сильных связях с Россией. Вопрос Косово – это одна из основных причин сильных связей с Россией в настоящее время. По мнению Варги, для сербско-российских отношений вызовом является вопрос членства в НАТО. При этом он упомянул сербскую декларацию о нейтралитете 2007 года. Однако общество, несмотря на скептический подход к НАТО, склоняется к интеграции. При этом укрепление отношений с НАТО негативно воспринимается Москвой. Он подчеркнул, что это ключевая проблема в отношениях Белград – Москва. Для Сербии обе столицы – партнёры.

По мнению Владимира Никитина , в вопросе, заданном в теме дискуссии, содержится интрига. Он отметил, что Европа могла эффективно использовать распад так называемого советского блока. Подчеркнул, что расширение ЕС происходило за счёт распада СССР, и психологически мы продолжаем находиться под влиянием этого процесса. Интеграция в рамках СНГ имеет политический, а не идеологический подтекст. Признал, что нельзя побороть элемент конкурентности. Союзы, созданные под влиянием Москвы, должны были стать противовесом в буквальном смысле этого слова. Говоря о Европейском Союзе, Никитин отметил, что в Европе ценностные компоненты ЕС всё ещё воспринимаются неправильно. Отметил, что государства бывшего Восточного блока не были ещё умственно готовы принять акт интеграции.

Мухит Сыдыкназаров (Mukhit Sydyknazarov) из Евроазиатского университета им. Л. Гумилёва в Казахстане, констатировал, что в процессе интеграции содержание важнее, чем символ, и тут сослался на символ флага. Он считает, что следует определить рамки, в каких интеграционных процессах участвует Казахстан, СНГ ли это? Ныне Казахстан должен претерпеть эволюцию, как ЕС, то есть начинать с ценностей и лишь потом перейти к формированию символики. Подытоживая, сказал, что Казахстан должен нарадоваться своей свободе, чтобы мог стремиться к общему флагу.

Хорхе Валеро (Jorge Valero), корреспондент испанской газеты «La Rezon» в Брюсселе, отметил, что, по оценке испанской газеты, первоочередной проблемой является то, что сегодня Европейский Союз встаёт перед лицом кризиса интеграции. Недостатки он обнаружил хотя бы в неопытности дипломатии ЕС. Подчеркнул институциональные проблемы и популизм. По его мнению, на сегодняшний день никто не играет ведущей роли в ЕС. И добавил, что лидеры не совсем отдают себе отчёт в том, какие последствия это может принести. Обратил внимание на проблему восстановления таможенных границ. В заключение выступления задал вопрос, не происходит ли распад ЕС?


Европейский Союз и Россия – направления внешней политики

Анджей Халицки (Andrzej Halicki), председатель Комиссии Сейма РП по внешней политике, подчёркивал в дискуссии, что Европа ещё никогда не была так безопасна, как в настоящее время. Однако сделал оговорку, что ещё много нужно сделать, потому что, например, в Беларуси нет речи о свободе. Парламентарий убеждал, что понимание понятия демократии должно быть одинаковым в разных странах и не может быть таких понятий, как «европейская» или «суверенная» демократия. По его оценке, мы находимся на пути построения общей Европы без барьеров, без виз. – Такова наша цель, наше задание, – заявил Халицки.

Надежда Арбатова, директор Комитета «Россия в Объединённой Европе», подчёркнула, что после кавказского кризиса два года назад произошло сближение Европы и России. Она объясняла, что причиной этого был финансовый кризис, который уяснил Кремлю, что должен модернизовать экономику. Арбатова считает, что российское правительство отдало себе отчёт в том, что модернизация невозможна, если оставаться вне «модернизированного мира», в котором находятся ЕС, США и Япония. По оценке Арбатовой, в наиболее оптимистическом варианте, если политика перемен в России будет продолжаться, а ЕС преодолеет трудности, отношения между Брюсселем и Москвой смогут перейти на совершенно другой этап. Она отметила, что в настоящее время в многополюсном мире намечается тенденция к новой двухполюсности, в которой новыми центрами будут Китай и США. «Поэтому очень важно, на какой стороне будет Россия» – убеждала российская аналитик.

Дейвид Уэйн (David Wayne) из британского парламента сказал, что Польша – это страна, которая привела к сближению с Россией. Добавил, что в связи с тем, что Польша будет председательствовать в ЕС, возможно, что Варшава станет лидером, ведущим к лучшим отношениям между Брюсселем и Москвой.

Луис Фрага (Luis Fraga), вице-председатель сенатской комиссии по иностранным делам Испании,  указал на значение визовой проблемы для улучшения отношений между ЕС и Россией. – Чем больше россиян будет приезжать в Европу, а европейцев в Россию, тем будет лучше для нас всех. По его мнению, важно, чтобы в России развивались малые и средние предприятия. Отметил, что в этой стране будет немного западных инвестиций, если не будет соответствующих правовых рамок.

Борис Тарасюк, экс-министр иностранных дел Украины, оценил однако, что это ложный путь мышления, поскольку Украина не задумывается над выбором между Евросоюзом и Россией, а вернее, говорит «да» и ЕС, и России. Убеждал, что Киев заинтересован в том, чтобы отношения между Брюсселем и Москвой были как можно лучшими.